Клуб комфортных людей

Я стал воспринимать такие даты, как 20, 30, 50 лет, спокойно. Вот недавно поздравлял с днём рождения своего друга, мы с ним вместе 54 года. Со вторым другом вместе 40 лет работаем... Давно не люблю юбилейные даты. После своего 50-летия на 300 человек перестал справлять свои дни рождения.

20 лет... Были когда-то одни проекты, сейчас жизнь другая, многое поменялось. И я давно уже не президент клуба, и давно уже не участвую в работах по проектированию, по перспективам.

Сегодня меня интересуют в Пестово некоторые люди, с которыми комфортно общаться. И меня интересует теперь сама игра, которая при зарождении гольф-клуба меня абсолютно не цепляла...

А кстати, знаете, как зарождался гольф-клуб? Вообще это была какая-то странная идея, которую принесли Андрей Комаров и Олег Кустиков. Они загорелись, начали её развивать и нам предложили такую, как бы, совместную активность.

Начиналось всё с того, что мы просто хотели жить у воды и леса. Место на берегу Пестовского водохранилища для этого всем понравилось. Но нам объяснили: вы будете у леса и воды, а за вами будет свинарник, птичник или просто какие-то дома, которые будут неупорядоченно стоять. То есть — кроме леса и воды должна быть благоприятная окружающая среда.

Мы тогда только начинали понимать это. Все работали довольно много, и нам надо было, чтобы в такое место отдыха можно было семьей спокойно приехать на субботу и воскресенье. Поэтому вот эта идея инфраструктуры, идея среды тогда превалировала. Ведь когда идёшь по колено в грязи, например, к Тадж-Махалу, всякое желание оказаться в нём пропадает...

Потом всё превратилось в проект более развернутый. Какое-то время нас убеждали, что гольф вообще интересная штука.

Мы не сразу убедились. Когда уже возникло некое сообщество, то, конечно, хотелось иметь закрытый частный клуб. Мы начали делать этот клуб.

Клуб – это, в принципе, понятие само по себе очень человеческое. Это как бы место, где ты действуешь свободно, живёшь свободно, разговариваешь свободно с теми, с кем ты хочешь разговаривать, и о чём ты хочешь разговаривать, и делаешь то, что ты хочешь.

Я не встречался с такими формами... В 2011 году я создал Фонд развития народного танца имени Натальи Карташовой — моей бабушки, и Татьяны Реус — моей мамы. Мы проводим Фестиваль «Уральский перепляс». В этом тоже клубность, сюда вас никто не тащит за волосы. Это с одной стороны своего рода хобби, а с другой — хобби, которое перерастает в занятие систематическое и требует очень высокого уровня.

Собственно говоря, о клубных формах как таковых, о понятии клуба, я уже знал до запуска проекта «Пестово». Когда мне было 28 лет, я познакомился с Георгием Петровичем Щедровицким.

Да-да. Георгий Петрович — мой Учитель. В 1988 году он мне разъяснил понятие клуба и подчеркнул: клубов обязательно должно быть два — в один ты ходишь, в другой нет...

В Пестово мы стремились, чтобы у людей с одной стороны был комфорт, а с другой — при свободе выбора общность занятий. Общность даже иногда какого-то видения того, что есть вокруг.

Я считаю, что Щедровицкий — совершенно великий человек из всех людей, кого я знаю и знал. Величайшее счастье в моей жизни, что я с ним столкнулся в 1988 году. Он подарил мне совершенно другой мир. Мы всегда, когда с товарищами в Пестово заезжаем, приветствуем, говорим: «Здрасьте, Георгий Петрович! Стоите? Стойте-стойте!». Для меня место, где стоит Георгий Петрович, пожалуй, самое важное в Пестово.

Да нет. Зона силы, место силы — всё придумки. Иногда можно поверить в намоленность каких-то мест. Я знаю таких мест очень мало. Но вот в паре мест прям чувствуется, что ты куда-то пришёл и как-то сразу плечи расправил... Возле клубного дома бюст Щедровицкого — просто знак.

У Георгия Петровича много учеников. В Пестово мы приезжали неоднократно. Здесь была создана наша Методологическая Школа Управления, названная, естественно, «Пестово». Это наш клуб, в котором мы размышляем...

УУ меня была некая простая идея, что я должен осваивать те виды спорта, которыми занимаются мои дети. Для того чтобы им посоветовать что-то.

Так я начал в 42 года кататься на горных лыжах. С трех лет стою на простых беговых лыжах, поскольку на Урале вырос. Для меня экзотика горных лыж была совершенно незнакома до тех пор, пока моя средняя дочь не начала заниматься с одним из членов сборной России по горным лыжам.

Мой приятель, который привёл мою дочь к сборникам, сказал, что меня те, кто были раньше моими инструкторами по горным лыжам, просто не пытались увлечь. И вот я попробовал позаниматься с тренером сборной России. И буквально через три дня понял эти лыжи и рванул на «зелёные» трассы.

Карате я занимался с 12 лет, единоборствами всякими. Потом какой-то небольшой перерыв был, а потом я решил, что и сын должен позаниматься. Ну и вместе с ним стал тренироваться. Он-то уже перестал, а я продолжаю.

Вот и нет. Когда моей младшей дочери Татьяне было 3,5 года, ей гольф-клюшку дали. В Пестово. Иду как-то и вижу: моя дочь с клюшкой стоит. Соответственно, я решил, что пора попробовать. И втянулся. То есть я стал играть в гольф, когда мне было уже 53 года. В 2012-м.

Верно... Ещё очень важным был момент, что надо сохранять активность... Бегать быстро уже не получается, прыгать высоко уже не получается, а вот ходить получается. Но при этом заставить себя просто пройти «десятку» — для меня это было чем-то запредельным. А тут с одной стороны движение, с другой стороны ты действительно можешь подумать спокойно. Поэтому я предпочитал играть в одиночестве.

Результат меня как-то меньше всего интересовал. Это потом уже, когда появился некий азарт. И потом ещё я начал сталкиваться с тем, что ты приезжаешь в разные места, поля красивые, природа красивая, и ты... Ты двигаешься, смотришь по сторонам. То есть можно создать некую комфортную среду. Плюс это очень хорошая «пенсионная» идея, когда ты к ней двигаешься и не хочешь сокращать свою активность.

У меня есть чем заняться. Даже вроде бы хочется остановиться. Но я понимаю, что не получится. Потому что планы на 10 лет вперёд – они есть, и их надо реализовывать... А гольф даёт возможность для праздности такой довольно комфортной.

Безусловно. Ольга сейчас с ума сошла по гольфу. Она так тренируется, как будто готовится к первенству мира... Она в гольф погружена — читает, смотрит.

Хотя вначале она его (так же как и я) просто отрицала. Вообще не собиралась к нему приближаться. Она неплохо играла в теннис, каталась на горных лыжах. Но когда дочь Татьяна начала играть, она сначала в ту сторону не смотрела, а потом произошёл какой-то «щёлчок», переключение. Сейчас я думаю, ей можно любой вопрос по гольфу задавать.

Ну, где-то под 10.0. Очень приличный. Она хочет до 3-го гандикапа дойти. Я практически уверен, что и она это сделает. Да потому что она бьёт с красных ти за 200 метров!

22 где-то. Был 17-й... Знаете, у меня почему-то была идея пятнадцатый получить. Почему вдруг 15? Не знаю, то ли у кого-то был пятнадцатый, а я хотел не хуже играть. Но это надо играть, это достаточно сложно. Я там пару сезонов пропускал. Но очень важно потом входить в сезон. Сейчас надеюсь, мне удастся дней 10 потренироваться с тренером, и тогда я обрету нормальную форму...

Человек, когда он чем-то увлечён, ему всё по кайфу. Он что-то делает с удовольствием, ему по кайфу. А если делаешь из-под палки, какой уж тут кайф. Как сказал один неглупый парень: «Найди себе работу по душе, и ты ни одного дня не будешь работать». Ну, это утрировано, но в этом есть большой смысл.

В удовольствие я особо не верю. Должно быть напряжение всегда. Потому что в работе, если нет напряжения, её не бывает. Но результаты её должны приносить удовлетворение. Это точно.

Поэтому Оля так стала играть. У меня дочь тоже хорошо стала играть, но я не думаю, что она будет профи. Хотя, кто знает, это же молодёжь — тут же всегда колебания. А Ольга Олеговна идёт, так сказать, как ледокол.

Конечно. Потому что очень важно, когда и с кем ты играешь. Например, если мне говорят: вот будет соревнование и заявлено больше 90 человек. Я говорю: пока, до свидания. Потому что ну какой смысл стоять и дышать в затылок кому-то? Я не вижу в этом азарта. Всё-таки надо делать комфортную историю всегда.

Клубная история наша хороша тем, что есть люди, с которыми можно идти играть в гольф. Потому что они приличные. Не жульничают. Заделывают на гринах питч-марки. Комфортные люди, и гольф с ними комфортный. И побеседовать во время раунда комфортно...

У меня есть принцип, что not to be bothering. Ну, то есть, чтобы не было окружающих. Потому что, когда ты идёшь, у тебя то в траву, то в дерево, и все ходят и матерят тебя — вот это плохо. То есть надо научиться играть в гольф так, чтобы ты был комфортен тем, кто рядом с тобой.

Сейчас, видимо, совсем другое время, совсем другие приоритеты. И, соответственно, я как бы оставил тот клуб Пестово в себе. Я не являюсь сейчас ни собственником, ни учредителем, ни президентом. Я просто рядовой член и игрок. Ни на что не влияю, никакие советы никому не даю. Но стараюсь сохранить в себе то, что мы придумывали...

Мне, например, с детьми очень кайфово играть. Тане я сейчас проигрываю и могу сказать, что не без удовольствия. Я же не поддаюсь, я шарашу во всю дурь, но проигрываю.

Люблю с Георгием играть. Он не поддаётся, гандикап мой засчитывает. У Георгия 9-й был, но сейчас играет мало, весь в бизнесе. Очень много работает.

Это — поле, где я чаще всего играю. И оно не надоедает... Было бы неплохо в Пестово иметь ещё 9 лунок. Это — не для этого времени. Для закрытого клуба, для другого типа развития, которое мы предполагали. Чтобы, когда главное поле занято сторонним соревнованием, чемпионатом типа России, члены клуба спокойно играют на третьей «девятке». Член закрытого клуба всегда может поиграть в гольф на поле — это его привилегия.

Обращусь к тем, с кем мы начинали. Сохраните в себе эту клубность несмотря ни на что. Клубная жизнь — это занятие людское.